Твоей-то не было!
После экранизации повести «Долгое прощание», осуществленной Сергеем Урсуляком, интерес к произведениям Трифонова вновь возрос. На некоторое время он был забыт читателями, но в период угасания советской эпохи он, вероятно, пользовался наибольшей популярностью и любовью. В те годы молодая писательница Ольга Мирошниченко была готова на многое, чтобы посещать семинары у Трифонова. Она состояла в браке, и ее муж, Георгий Березко, был человеком достойным во всех отношениях – порядочным, интересным и защищавшим Солженицына и Гроссмана. Их семья с Ольгой была крепкой и дружной, без конфликтов и разногласий. Однако в ней чего-то не хватало – любви.
У Ольги отношения с Трифоновым зародились незамедлительно. Однако поначалу они не говорили об этом, избегали разговоров на любые темы, просто смотрели друг на друга. Ольга посещала семинар, занимала свое место в первом ряду. Трифонов тоже приходил, снова занимал свое место в первом ряду и не отводил глаз от Ольги. Между ними не прозвучало ни одного слова, но когда однажды Ольга не явилась на семинар, коллега сказал Трифонову:
— Что-то твоей сегодня не было.
— Как? – всполошился Трифонов, — разве она не пришла?
Так он выдал себя с головой.
Семилетний роман
Позднее Ольга отмечала, что Трифонов вовлекла её в длительные отношения, продолжавшиеся семь лет. Вопреки кажущейся медлительности и массивности характера, он выделялся необыкновенным шармом мужчины. Разорвать связь с Трифоновым оказалось не под силу. Их свидания напоминали наиболее яркие моменты из его литературных произведений, а Ольга осознавала, что она далеко не единственная женщина в жизни писателя.
— У тебя с ней что-то было! – восклицала она, указывая на какую-либо привлекательную девушку, вызывая у писателя недоумение: «Ты колдуешь!»
Однако это было настоящее чувство, и они прилагали все усилия для сохранения тайны. От случайных взглядов, от посторонних разговоров. Чтобы избежать встречи с приятелями, посещали ресторан гостиницы «Советская» днем, а не вечером. Однажды там оказался Юлиан Семенов, который решил хранить молчание. Затем к ним присоединился писатель Леонид Лиходеев – и он также утаил увиденное.
— Если бы они поделились этой историей с кем-либо, наша связь могла бы разрушиться, — делится Ольга воспоминаниями.
Она, разумеется, не ускользнула от его внимания, и он все осознавал. Однако, он прилагал максимум усилий, чтобы казаться равнодушным. Он был значительно старше Ольги – их разделили три десятилетия, и он испытывал огромный страх перед возможной утратой. В этой ситуации все напоминало строки из стихотворения Блока: «Зимний ветер, словно терновник, треплет ветви и проникает в окно, гася свечу. Ты ушла на встречу с другим человеком. Я остался один. Я прощу тебе. Я безмолвствую».
А я не приду
Долгое время они не могли принять решение и начать совместную жизнь: то Ольга испытывала трудности с разрывом брака, то Юрий был не готов к такому шагу. Первым покинул семью Трифонов – человек казавшийся очень мягким и никогда не предъявлявший особых требований. Но однажды, получив от жены привычный вопрос о времени приезда, он спокойно ответил:
— А я не приду.
В этот момент в его голосе прозвучало что-то резкое, металлическое. Он был из тех людей, которые тщательно готовятся к действию, но затем принимают окончательное решение и не допускают его пересмотра.
Она продолжала навещать его еще продолжительное время, после чего возвращалась домой, испытывая глубокое сочувствие к своему супругу; ее сердце разрывалось от этой нестерпимой жалости. Затем у Трифонова наступил сложный период: решался вопрос о публикации его произведения, которое задержалось в цензуре. Ольга произносила слова поддержки и обнимала его… После этого она направилась домой. Дойдя до автобусной остановки, ее охватило ощущение тревоги – нельзя оставлять его одного в этот момент! И она вернулась к нему, решив остаться навсегда.
Разрыв с мужем оказался для Ольги болезненным испытанием. Она часто прибегала к слезам и старалась скрывать свои переживания от Трифонова. Но Юрий замечал ее состояние, и однажды спокойно произнес:
«Раз тебе так тяжело — ты можешь вернуться».
Ольга опасалась, что может потерять любимого мужчину. Ей предстояло сделать выбор, и она его сделала. После этого она больше не плакала.
Её заклюют
Вокруг них почти отсутствовала радость – их успеху завидовали. Женщины испытывали ревность к Ольге: она стала женой известного писателя; мужчины — к Юрию: его новая супруга была на тринадцать лет младше! Бывший муж Оли никуда не исчез, постоянно звонил – он был уже зрелым, безвестным и несчастным. Иногда она навещала его, привозя продукты… Это вызывало недовольство у Трифонова, но он обладал широкой душой.
Юрию Трифонову было 54 года, когда у него и Ольги родился сын Валентин. Юрий был добрым и заботливым отцом, и Валентин, очевидно, больше тяготел к нему, чем к матери. Увидев Ольгу, мальчик четко произносил: «мама!», а при виде отца начинал издавать нежные звуки, напоминающие воркование голубя. Однажды Ольга наказала сына, поставив его в угол, после чего он так сильно заплакал, что Трифонов немедленно прибежал, чтобы освободить его. В качестве платы за свободу малыш подарил отцу облезлое деревянное кольцо. Это глубоко расточило сердце писателя. Он сказал жене:
— Больше ты его ставить в угол не будешь.
В преддверии кончины автор сделал запись в личном дневнике: «Я тревожусь о ней. Если она окажется без присмотра с её необычным сочетанием черт – практичности и наивности, свойственной ребёнку, — ей не избежать насмешек.»
Ольга утверждала, что это действительно так было. Их не простили за эту любовь, за такое броское и открытое счастье. Что ж… оно того стоило!
