Ляля Киселёва, 41 год, редактор

Первый седой волос я заметила в семнадцать лет. Недавно нашла свой старый дневник, где этот волос приклеен скотчем и с драматичной подписью: «Старость пришла». После двадцати пяти лет седина начала распространяться по моей голове, изменила ее структуру, стала прозрачной и перестала поддаваться окрашиванию. Два года назад произошел случай, который послужил толчком к изменениям. У меня была неудачная беременность, но на протяжении всего периода я соблюдала все предписания, в том числе не использовала красящие средства.

В то время появилось американское исследование, в котором ученые установили связь между постоянным окрашиванием волос и раком груди. Это также стало одним из факторов. Я решила прекратить красить волосы и отрастить их.
Искать информацию об уходе за седыми волосами я начала в группе Grey and Proud на Facebook, где женщины выкладывают фотографии с седым цветом волос. Там хорошо видно, что седина – это просто цвет, который не говорит о чем-то большем, кроме того, что у вас недостаточно меланина. Седина для меня – осознанное решение, принятие своего возраста и естественных изменений организма, которые я не могу остановить.

Ирина Павленко, ей 40 лет, работает продюсером в студии дубляжа

Первые седые волосы у меня начали появляться в 18 лет. Поначалу я их выдергивала, потом начала красить. От окрашивания отказалась почти 3 года назад, когда поняла, что непринятие себя реальной, попытки быть кем-то другим, тревога и раздражение из-за появившейся седины в проборе – тупиковый путь. К тому моменту, когда я решила отказаться от краски, седины было 80%, а волосы от постоянного окрашивания истончились и при средней длине выглядели жалко.

Несмотря на то, что я часто прерывала их, мое настроение ухудшалось, и иногда мне казалось, что выгляжу отвратительно. Я беспокоилась о том, что это может негативно повлиять на личные отношения и профессиональную деятельность, однако реальность оказалась иной. Разумные люди, умеющие устанавливать границы, либо хранят свое мнение при себе, либо, напротив, поддерживают мой выбор. Для меня седина – это прежде всего протест против общественных ожиданий, которые постоянно диктуют женщинам соответствие множеству стандартов.

Надежда Папудогло, в возрасте 42 года, является главным редактором интернет-издания «Мел»

С 18 лет я страдаю витилиго – аутоиммунное заболевание, характеризующееся потерей пигмента меланина в отдельных участках кожи. К примеру, на коже с оливковым оттенком начинают появляться полностью белые пятна. Это же касается и волос: примерно с 25 лет у меня стали появляться первые седые пряди, и сейчас их довольно много, включая абсолютно белые ресницы. Откровенно говоря, седина меня не беспокоит. Если кожа бесконтрольно покрывается пятнами, странно переживать из-за седины. Это было бы все равно, что попытаться скрыть все дефекты кожи, обмазавшись тональным кремом от макушки до кончиков пальцев.

Мои седые волосы больше беспокоят моих близких. Они постоянно спрашивают меня: «Может, тебе стоит покрасить волосы?» Я отвечаю, что это не мой вариант, на этом разговор заканчивается. Иногда меня раздражают седые волосы – уход за ними затруднен: они непослушны, плохо поддаются укладке. Тогда я размышляю о том, чтобы покрасить их. Но перспектива регулярного окрашивания, необходимости следить за отросшими корнями и прочее вызывает еще большее раздражение. Поэтому пусть они торчат дальше.

Зоя Игнатьева, 67 лет, модель агентства OLdushka

В молодости у меня появилась седая прядь на лбу, и в конце 70-х это было в моде. Меня прозвали чернобуркой, поскольку к тридцати годам у меня было уже половина волос седых. Я красила волосы и в салонах, и самостоятельно, но после многих лет окрашивания я заметила, что они стали выпадать. Возник вопрос: приобрести парик или отказаться от окрашивания. Я предпочла последнее. Седину я ношу уже около девяти лет, и когда я “начинала”, я не встречала ни одной женщины моего возраста с седыми волосами. На меня указывали, а близкие и родственники упрекали меня за то, что я не крашусь.

Сейчас, спустя некоторое время, меня нередко спрашивают о седине: натуральная она или нет. Я благодарна отцу за этот серебристый оттенок. Подходят молодые люди и говорят: «Вы отлично выглядите». Я принимаю ситуацию такой, какая она есть. Конечно, я хотела бы, чтобы мое лицо и волосы выглядели как в молодости, но ничего изменить нельзя. Я благодарна Игорю Гавару, основателю агентства, за то, что благодаря его поддержке новых стандартов красоты многие модели перестали закрашивать седину, и это становится модным.