“Я осознаю, что физические наказания недопустимы, и телесные наказания не являются правильным решением. Я никогда не прибегаю к физическому воздействию на ребенка. Знаете, как я поступаю? У него сильный страх темноты, поэтому я запираю его в подвал, гашу свет и оставляю там. Вы бы видели, как он потом успокаивается!” — это рассказ отца, который привез на обследование шестилетнего мальчика с выраженным неврозом.
“Не стоит ему верить. Я вижу его насквозь, он притворяется. Специально, медленно отстегивает ремень — еще не коснулся, а он уже кричит, зовет маму на помощь”—так говорит другой отец, расстроенный из-за низкой успеваемости сына-третьеклассника.
“Я придерживаюсь простого правила: не стану восхищаться, пока мой сын не станет безупречным. Но это недостижимая цель. Моя задача – воспитать в нём чувство ответственности, однако его пока нет!” – так начинается пространное повествование третьего отца, глубоко обеспокоенного поведением своего одиннадцатилетнего сына. Мальчик проявляет лень, склонен ко лжи, скрывает плохие оценки, и никакие меры воздействия не оказываются действенными.
Мы привели цитаты трех авторов, однако это не означает, что ошибки и чрезмерные меры в воспитании свойственны исключительно отцам. Жестокости, схожей с той, что проявилась в первом примере, недостатка понимания, о котором свидетельствует второй пример, и нелогичных принципов, лежащих в основе воспитания, описанного в третьем случае, — все это, к сожалению, нередко встречается и у матерей, бабушек, дедушек, дядей и других людей, занимающихся воспитанием.
Третий случай заслуживает более пристального рассмотрения. Он встречается довольно часто, и я уверен, что многие родители смогут узнать в нем себя. Этого факта уже достаточно, чтобы провести более детальный анализ.
По словам отца, наказания неэффективны, и он обратился за консультацией, чтобы узнать, существует ли какой-либо метод воздействия на сына. Из разговора с матерью и самим мальчиком стало известно, что отец всегда придерживается своей позиции. Он никогда не выражает одобрения или похвалы. Отец считает, что сын “должен быть всесильным” и не нуждается в помощи или совете от него. Он тщательно следит за тем, как выполняются домашние задания и поручения, которые он сам дает; что происходит, если обнаружится ошибка. Мальчик избегает этого контроля как только может. Тем самым он запускает уроки, школьные оценки ухудшаются. Соответственно повышаются отцовские требования, отец все строже, неистовее в своем контроле—и вот готова разразиться семейная катастрофа. Притом нет сомнений, что намерения у отца благие, мальчиком он дорожит и хотел бы воспитать его как можно лучше.
Что на это скажет психолог?
Что же представляет собой наказание? В памяти сразу всплывают воспоминания о полученных в детстве шлепках или ограничении свободы за неаккуратно выполненное домашнее задание или шалость. Но, скорее всего, припомнятся и те друзья, для которых шлепки были обыденностью, поскольку сыпались со всех сторон, и никакое домашнее заключение не могло заставить их быть более аккуратными. Наказание – это не действие, осуществляемое тем, кто наказывает, а внутреннее состояние наказываемого ребенка. Это переживания, которые он испытывает. С точки зрения психологии это хорошо известное неприятное чувство стыда и унижения, которое вызывает желание как можно быстрее избавиться от него и избежать повторения.
Поощрение работает схожим образом. Награда – это не всегда то, что мы подразумеваем под этим словом, а то, что ребенок воспринимает как поощрение. Это приятное, вдохновляющее чувство выполненного дела, за которое хвалят близкие нам люди. Удовольствие от того, что нас любят и ценят. Безусловно, такое ощущение хочется сохранить и испытать вновь.
Мы не предоставим конкретной формулы, определяющей, в каком соотношении следует применять наказания и поощрения по отношению к каждому ребенку. Вопрос не в количестве, а в том, как ребенок воспринимает наказывающего и поощряющего. Это сугубо индивидуальный вопрос, зависящий от взаимоотношений воспитателя и ребенка, в котором отражены все аспекты их связи и близости. Ключевым фактором является то, как формировались эти отношения и насколько они эмоционально близки. Чтобы наказание было эффективным, ребенок должен испытать чувство вины, осознать, что своими действиями он нарушил гармонию в отношениях с родителями или другими воспитателями. В противном случае наказание превращается в акт насилия, бессмысленное страдание или пустую трату энергии, и не может считаться воспитанием. Более того, негативные эмоции, вызванные у ребенка, направлены против того, кто применяет наказание. Воспитатель предстает в роли надзирателя, который лишь наказывает виновного, но тот за собой никакой вины не видит.
По мнению педагогов, наказание обладает тремя важными функциями. Во-первых, оно призвано компенсировать последствия необдуманных действий. Ребенок должен убрать разбросанные вещи и, если возможно, отремонтировать сломанные или разбитые предметы. Также он обязан возместить часть стоимости ущерба из собственных средств кому-либо ущерба. Во-вторых, наказание призвано предотвратить повторение подобных действий. Оно обладает сдерживающим, устрашающим эффектом, о чем мы уже отмечали. Однако третье, и, вероятно, самое важное значение заключается в очищении от вины. “Провинность” порождает отчуждение, создает барьер, вызывает неуверенность во взаимодействии с человеком, совершившим проступок. Предстоящее наказание должно избавить от этого чувства вины. Таким образом, в наказании проявляется элемент высшей справедливости, который виновный признает и принимает.
Это указывает на то, что наказание ребенка из-за собственной нетерпеливости или плохого настроения, а также по причине находящих на нас приступов злобы, то свое самочувствие мы немного улучшаем, но с точки зрения воспитательной наше поведение не только расходится с целью, но и приносит вред. Ребенок с минуту страдает, может, и плачет, просит прощения, но в его понятия о справедливости это не укладывается, и он не ощущает за собой необходимого чувства вины, нет и облегчения и урока на будущее.
Как обстоит дело с вознаграждением? В качестве инструмента воспитания оно более эффективно. В то время как наказание лишь пресекает нежелательное поведение, поощрение направляет к позитивным действиям и способствует их закреплению. Поощрение не должно сводиться к угощению сладостями, спортивному инвентарю или приобретению велосипеда за успехи в учебе. Наилучшая награда для ребенка — это осознание того, что он подарил радость близким, а дополнительный подарок лишь подчеркивает это. Там, где символ становится определяющим и самодостаточным, где он является единственным стимулом для хорошего поведения,—в семье что-то неладно.
Если ребенок сталкивается только с наказанием за каждую ошибку, он не усвоит правильного поведения. Более того, он будет испытывать страх перед тем, кто его наказывает, и будет пытаться обмануть, чтобы избежать санкций. Упреки и наказания не сделают школу более привлекательной для учеников с меньшими способностями. Однако, если за каждый небольшой успех поощрять и поддерживать, у него возникнет надежда, что он будет работать с энтузиазмом и полной отдачей.
Теперь перейдем к другому аспекту. Поощрение и наказание — ключевые методы воспитания. Это подразумевает, что мы используем их для достижения конкретных воспитательных результатов. Следовательно, цель наказания заключается не в карательном воздействии, а в помощи и исцелении! А путь к этому – прощение!
Мальчик из детского дома, сопоставив лучше оснащенный детский дом с более скромным, все же выбрал последний, поскольку, по его словам, там “начальница накажет за плохое поведение, а директор заступится за нас”. На первый взгляд, такая позиция воспитателей кажется непедагогичной, непоследовательной и даже лишенной смысла. Однако в той ситуации дети отчетливо чувствовали, что дело не в слабости, а, напротив, в искренней привязанности к ним, и понимали, чего им не хватало в других детских домах. Кроме того, начальница и директор были супругами, и их детский дом, в современных условиях, назвали бы “детским домом семейного типа”. А в какой семье не заступаются за детей подобным образом, как это делали те два воспитателя в детском доме!
Прощение – это не поощрение, а избавление от чувства вины и тревоги, связанных с ожидаемым или уже отбытым наказанием. По своей сути, это примирение. Как и любое освобождение, прощение вызывает позитивные эмоции по отношению к тому, кто освобождает. Лишь в этом случае ребенок сможет испытывать любовь к отцу или матери, применяющим наказания, и воспринимать новые проступки как желание исправиться, наладить отношения и вести себя хорошо в будущем.
Необходимо избегать и здесь чрезмерных мер. Отказ от прощения в любых ситуациях – это проявление равнодушия, бесчеловечности и неэффективного педагогического подхода. Такой подход только усугубит отчуждение между воспитателем и ребенком. С другой стороны, всегда быть готовым к прощению – это подрывает авторитет и лишает возможности оказывать влияние на ребенка. Поэтому в данном вопросе рассудительность и учет особенностей характера ребенка станут для нас наилучшим ориентиром.
Мы не можем дать отцу этого непослушного мальчика конкретные рекомендации по выбору наказания, но настоятельно просим его пересмотреть свои принципы воспитания. Они не соответствуют реалиям жизни, неэффективны, противоречат педагогическим нормам и лишь укрепляют упрямое сопротивление ребенка. В конечном счете, эти принципы вредны и для самого воспитателя, поскольку лишают его возможности оказывать благотворное воздействие на мальчика и не позволяют испытывать радость и удовлетворение от своей работы.
